«Пришлося кончить жизнь в овраге…»

‹Из Беранже›

Пришлося кончить жизнь в овраге:

Я слаб и стар – нет сил терпеть!

«Пьет, верно», – скажут о бродяге, —

Лишь бы не вздумали жалеть!

Те, уходя, пожмут плечами,

Те бросят гривну бедняку!

Счастливый путь, друзья! Бог с вами!

Я и без вас мой кончить век могу!

Насилу годы одолели,

Знать, люди с голода не мрут.

Авось, – я думал, – на постели

Они хоть умереть дадут.

Но их больницы и остроги —

Всё полно! Силой не войдешь!

Ты вскормлен на большой дороге —

Где жил и рос ‹?›, старик, там и умрешь.

Я к мастерам ходил сначала,

Хотел кормиться ремеслом.

«С нас и самих работы мало!

Бери суму да бей челом».

К вам, богачи, я потащился,

Грыз кости с вашего стола,

Со псами вашими делился, —

Но я, бедняк, вам не желаю зла.

Я мог бы красть, я – Ир убогой,

Но стыд мне руки оковал;

Лишь иногда большой дорогой

Я дикий плод с дерев сбивал…

За то, что нищ был, между вами

Век осужден на сиротство…

Не раз сидел я за замками,

Но солнца свет – кто продал вам его?

Что мне до вас и вашей славы,

Торговли, вольностей, побед?

Вы все передо мной не правы —

Для нищего отчизны нет!

Когда пришлец вооруженный

Наш пышный город полонил,

Глупец, я плакал, раздраженный,

Я клял врага, а враг меня кормил!

Зачем меня не раздавили,

Как ядовитый гад какой?

Или зачем не научили —

Увы! – полезной быть пчелой!

Из ваших, смертные, объятий

Я был извержен с первых ‹лет›,

Я в вас благословил бы братии, —

Днесь при смерти бродяга вас клянет!

Между 1833 и апрелем 1836

Данный текст является ознакомительным фрагментом.